Туризинд терялся в догадках. Расспрашивать своих тюремщиков он не имел возможности, к тому же те почти не показывались в поле зрения. Предположение, одно страшнее другого, теснились в голове Туризинда.
Последнее было связано со сплетнями касательно того, что герцог время от времени продает преступников из камеры смертников за реку Коротас, в Зингару, в небольшое княжество Дарантазий, затерянное в Рабирийских горах. По слухам, там в ходу самая страшная черная магия, и постоянно требуются для жертвоприношений живые люди. Впрочем, это только слухи…
Туризинд пытался одергивать себя, но мысли одна кошмарней другой посещали его с назойливостью бедных родственников. Как многие из тех, кто избрал себе ремесло наемника, Туризинд был суеверен. Он боялся привидений, его страшило всё, что связано с высшей магией (на какое-нибудь обычное заклинание, вроде заклятья невидимости оружия, этот страх, естественно, не распространялся). Как и его солдаты, Туризинд предпочитал не иметь дел с тем, чего не мог объяснить.
А сейчас самым необъяснимым было для него поведение его стражников.
Туризинд утратил счет времени. Он предполагал, что провел взаперти приблизительно полмесяца. Он даже понял, когда ему перестали давать снотворное: в последние четыре дня. Он стал хуже спать, и кошмарные сны вернулись.
Кроме того, теперь Туризинд. время от времени видел стражника, приносящего ему еду. Впрочем, тот входил без боязни, поскольку преступник был прикован к стене: еще одна цепь, обхватывающая лодыжку и прикрепленная к кольцу в стене, появилась однажды ночью, когда пленник еще крепко спал.